Первый круг и Первая точка

 

Начать прорисовку общего плана темы хочу с происхождения первой геометрической фигуры, подсказанной человеку его великим учителем – природой.

Гуманоид сделал первый шаг к гомосапиенсу не тогда, когда поднял голову и увидел на чёрной доске африканского неба золотым мелом начертанный знак, а когда перенёс его на песок пальцем. Потом на сырой глине повторил палкой.

Луна графически выразительней, чем раскаленное солнце на выгоревшем от зноя небе: луну можно созерцать, не щурясь, не уставая, подолгу.

На солнце не взглянешь.

Поэты малого человечества эпохи Начала уже осознавали, что мир состоит из зеркальных противоположностей – ночь-день, верх-низ, прохлада-жара. И в этой системе парностей роль доброго гения, отца всего сущего отводилась ночному светилу.

Ночь – время прохлады, любви и охоты.

Это в сегодняшних поэмах луна и солнце – идеальная романтическая пара, Ева и Адам. Но тогда луна – ещё добрый Авель, пасущий мириады звезд и звездочек, солнце же при своем появлении стирает их с выбеленных зноем небес. Оно – тиран! Светить, сиять, сверкать, сжигая – право и обязанность только окаянного солнца!

Луна стала божеством в южных широтах. Научила человека начертить круг, сотворить материальный идол – диск из глины и камня. И почитать все круглое на земле: такие предметы угодны богу.

Тусклые рукотворные «луны» не полностью выражали идею светила.

Человеку приходилось разводить костры в руслах пересохших рек, на камнях аллювиальных выносов. Кто-то заметил как плавятся камни. Растекались лужицей, застывали необычные кругляши. Первыми открывались самородное олово, золото, серебро. Теперь круглость формы обогатилась добавочным элементом – блеском.

Эти новые иконы заставят сиять отражённым светом. Их внесут в каждое жилище. Первое назначение металлов – идолы луны.

... Пытаясь начертить идеальный круг, жрец создает приспособление, которым мы пользуемся по сей день.

Циркуль помимо окружности производил ещё один не предусмотренный значок – углубление в центре от опорной ножки.

Этот технический побочный эффект на смысл знака пока не влиял: и «пустой круг», и усложнённый, но идеальный выражали одно понятие – Луна.

Оправдание, по-видимому, находилось: точка как бы символизировала пятнистость лунной поверхности.

Грамматист – жрец знака и слова, был в каждом племени. Он толковал священные символы и присваивал им значения, зависящие от степени его образного мышления, темперамента и общей культуры.

В книге «АЗиЯ» (1975 г.), размышляя о фигуре словотворца, я по результатам, выраженным в словах, определил два типа поэтического виденья – микро и макро. Одни поэты мыслят категориями приземлёнными, конкретными, другие – оперируют глобальными образами. Механизм поэтического творчества не изменился. Основа его – метод сопоставления. И сегодня мы нет-нет да уподобим красавицу березке или кипарису. А КТО-ТО – вселенной.

Словотворцы, работая со священным иероглифом, доставшимся им от предков вместе с названием, пытались разгадать заложенную в него символику, полагая, что он есть графическое выражение того или иного природного объекта, представителя животного, растительного мира или другого явления природы, формой отдалённо напоминающего очертания знака. Переносили на них его название и обожествляли их как земных воплощений бога. Ибо иероглиф людям новых поколений доставался в качестве знака бога – покровителя племени. И никаких изменений фигуры его и названия не допускалось.

Психологически мы все те же. Какими были в палеолите и в средние века. Даже самые всесильные не рисковали покушаться на непонятную традицию: «Я не глупец, чтобы воевать с неизвестным» (Наполеон). Древнерусский монах, тиражируя от руки священное писание, допустил чернильную кляксу на одной из пергаментных страниц. И по небрежности забыл её смыть. Все последующие переписчики аккуратно повторяли кляксу на том же месте текста. Веками. Благодаря такому трепетно-верующему отношению к традиции, первоиероглифы, почти не изменяясь, дошли до наших дней. И звукосочетания их названий, прошедших через горнило миллиардов по-разному настроенных глоток, почти не утратили последовательности звуков, количества их и качества.

Точка уцелела и тиражировалась в тысячелетиях именно потому, что произвольное изменение священного знака было недопустимо. Если она появилась в контуре, значит так было всегда.

Первый этап сотворения графической луны завершается образами «самодеятельной» и технической графем:

 = – Луна.

Первое название знаков, скорее всего, того и другого было общим. Его уже не восстановить. Хотя, может быть, аккустически имя и не выражалось. Только идеограммой.

 

II

Луна давала возможность создать несколько графических вариаций своего образа – от юного месяца до полной луны и далее – убывающей.

В эпоху Начала вполне обозначимы отрезки времени в виде «ломтей» луны разной толщины. Нетрудно было подсчитать сколько ночей приходится на каждую определённую фазу и сколько их всего вмещается в период от рождения луны до истаяния. Время, по-видимому, исчислялось количеством ночей. Категория «день», надо полагать, появилась в следующие времена, когда главным светилом стало солнце.

Со временем разность знаков вызывает необходимость объяснения. Человека всегда интересовала причинность любого явления.

И только когда в одном из родов малого человечества луну стали передавать «фазой» – полукругом, появляется опора для толкования:

– «луна (месяц) и звезда».

Какая из 10 миллиардов звезд нашей галактики достойна была рисоваться на пару с луной?

Конечно, – Венера. Она, самая яркая, появляется над горизонтом, после захода солнца и перед появлением луны. Третье по значению суточное светило и второе – ночное.

Возникает культ – «Луна и Венера».

Чтобы подчеркнуть новую семантику точки, ей подрисовывают лучи. Поначалу два, ибо использовали лишь два пространственных направления – «верх-низ»:

В другой первокультуре принято – «левое-правое»:

И контаминация приводит к четырем сторонам Света:

Точка получает законную прописку и самостоятельное значение.

Осмысливая эту уже реальную графическую пару, жрецы творят первые сюжеты о паре космических прародителей человечества – «Месяц и Венера».

Месяц – мужское начало, ибо – «рога», значит – «бык». «Венера в рогах бычьих». «Рождённая из головы Быка» – табуистическое имя Венеры, богини женской красоты, праматери.

Точка становится эмблемой женственности. Красная или серебряная точка над линией бровей – признак женщины. Родинка на лице – «к счастью!» .

На этом этапе формальное уравнение вариантов

 
приводит к семантическому хаосу: Венера не может быть внутри луны! Но – худо для того и происходит, чтобы извлекать из него добро: «неграмотная» фигура использована математически. Разделив луну на четыре части, человек создал временную единицу – «неделя» («четверть месяца»).

(Забегая вперед: wuk – луна, месяц, week – неделя. А так же – соотносимость со славянским – vek – предельное время, когда крест стал знаком умножения.)

Уравнение – «полная луна = месяц» – стало открытием, во многом определившим развитие первоиероглифического письма и форм материальной культуры. Как одно из следствий этого графического явления – в большинстве языков и луна, и месяц выражаются одним словом.

И лишь в некоторых для каждого нашлись отдельные термины, которые в процессах этногенеза и культурного взаимодействия, прежде чем встретиться в общенародном лексиконе, содержали в диалектах каждое по отдельности оба упомянутых смысла. Слово «луна» обозначало в древнерусских диалектах не только «полную луну», о чём свидетельствует сам этот фразеологизм, так же как и «месяц» не всегда – только фазу. Иначе зачем было изобретать – «полумесяц»?

 


дальше
в начало книги

этимология самые первые слова